Время от времени французское кино концентрирует в одной персоне всё худшее, что в нем накопилось. Как на грех, именно такие персоны часто оказываются знаковыми и заслоняют для массовой публики всё остальное. Клод Соте, Чехов французского кино 70-х, несравненно менее известен, чем придурковатая пародия на него – Клод Лелуш, а миф о величайшем режиссере Франции 90-х Люке Бессоне стал величайшим проектом продюсера Люка Бессона, господина оборотистого, но фатально неумного. Однако Франсуа Озон всех заткнул за пояс; именно ему по праву принадлежит титул самой дутой фигуры современного кино. Соотношение популярности к одаренности в его случае зашкаливает: при таком-то крошечном, извиняюсь, знаменателе. И последний (ах, если бы) его фильм «Potiche», только что вышедший в российский прокат, демонстрирует эту крошечность с порой озадачивающей откровенностью. Тот, кому покажется, что «в этом фильме что-то есть», может, не колеблясь, учинить своим сожителям допрос с пристрастием: кто именно подсунул ему галлюциноген в борщ. А то теперь вот мерещится невесть что.